Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Оборотни в погонах и без



Шел 1990 год. Ещё идет "перестройка", и мало кто верит, что скоро исчезнет СССР. Ленинград возглавил демократ Анатолий Собчак, но о том, что он - ставленик ЦРУ США, тогда ещё не знал даже Юрий Шутов, его ближайший помощник.

Собчак в то время искал замену начальнику ленинградской милиции Вощинину Геннадию Петровичу, который в прошлом был завотделом административных органов Ленинградского обкома КПСС, и поэтому Собчака категорически не устраивал. Во главе ГУВД ему требовался какой-нибудь демократ - планировались большие дела, милицию было надо взять в свои руки.

Одним из трех кандидатов, которые рассматривались на эту должность, был Крамарев Аркадий Григорьевич, которого Собчак тогда не знал, как, впрочем, и остальных кандидатов. О кандидатах собирали информацию.

Руководитель УБХСС города Евгений Олейник зачем-то добился личной встречи с Шутовым. Встретились они «на задворках одного кафе в центре города». Шутов, знавший что Олейник - сотрудник КГБ, сразу заподозрил его в организации какой-нибудь подставы, и поэтому «больше слушал, помалкивая, так как не исключал наличия студии звукозаписи в этом маленьком, обитом фанерованными панелями кабинете с неплохо отделанными вишневым кожзаменителем стенами, поэтому предпочел, кроме чавканья, не оставлять других дискредитирующих звуковых слепков своего голоса неизвестно кому и для каких целей».

Однако, Олейник поведал Шутову много интересной информации. В основном это был компромат на Крамарева: «речь шла и о сокрытии за взятки преступлений, о прямом участии в подготовке и осуществлении разбоев, грабежей, вымогательств, крупномасштабном рэкете и даже ликвидации неугодных лиц и опасных свидетелей, об организации нанесения несговорчивым «предупредительных» увечий. Из услышанного выходило, что под крышей ГУВД в части, подчиненной Крамареву и Горбачевскому, создана и давно успешно действует хорошо законспирированная, дерзкая, а потому крайне опасная, прекрасно вооруженная и прикрытая законом банда».Олейник выразил готовность всё это доказать, не смотря на то, что Шутов счел эту информацию чрезвычайно опасной: «Если его рассказ со ссылкой на имевшиеся при нем документы был правдой, то обладатель такой информации мог свободно получить пулю в затылок, к примеру, у дверей своего дома. Это я не преминул подчеркнуть, глядя прямо ему в глаза, и спросил, какую цель ставит он, передавая мне эти опасные сведения». Своей цели Олейник не скрывал – он хотел, чтобы Собчак был поставлен обо всём в известность, и вскоре Шутов почти дословно пересказал услышанное Собчаку.

В результате Собчак остановил свой выбор именно на Крамареве, который и возглавил Ленинградское ГУВД в июле 1991 года. Когда в августе был «путч ГКЧП», милиция «перешла на сторону народа», и поступающие из ГКЧП приказы о разгоне демонстрантов не исполнялись - что от Крамарева и требовалось. Характерная деталь: когда во время путча Собчак прилетел в Ленинград, у трапа самолета его встречал Путин с отрядом хорошо вооруженных бойцов от Кумарина, лидера «тамбовской» ОПГ.

После назначения Крамарева начальником ГУВД Питер стал криминальной столицей России, убивали там почти каждый день. Лишь в 1994 году, под давлением из Москвы, Крамарева отправили в отставку, а Собчак пожурил его за разгул бандитизма, дескать, 4 из 5 преступлений не раскрываются. Бандитские группировки тогда действовали в Питере практически безнаказанно, взяв под свой контроль две трети экономики города. Самой крутой бандой в городе стали, разумеется, "тамбовские", близость с которыми Путин даже не скрывал - бандиты Кумарина нередко выступали в роли силовой поддержки для Путина и его друзей, охраняли они и небезызвестный кооператив "Озеро".

Что же касается самого Юрия Шутова, то 4 октября 1991 года ему проломили голову присланные Путиным оперативники - они искали у него на квартире кассету с записью инструктажа Собчака сотрудником американской разведки. Шутов тогда неожиданно вернулся домой, и его сразу попытались убить, представив это как банальное ограбление. Каким-то чудом ему удалось выжить, но, как только он начал ходить, его арестовали и посадили в тюрьму, предъявив массу обвинений, которые в 1996 году суд признал заведомо ложными.

Ну а Олейник, как мы уже знаем, вскоре был расстрелян на пороге своей квартиры и выжил лишь чудом. Ликвидировать Шутова и Олейника, скорее всего, пытались именно те, кто хотели чтобы эта история никогда не стала известна общественности.

Автономные КГБ-шники

Что сделал Собчак, когда узнал про банду Крамарева? Вероятно, доложил обо всём своему ЦРУ-шному куратору Коле Егорову, который должен был этим очень заинтересоваться. Ещё бы, - в городе обнаружилась автономные силовые структуры, не подконтрольные почти никому. Речь не только о банде Крамарева, которую ЦРУ в лице Коли Егорова и его друзей было радо взять на вооружение, но и о Евгении Олейнике и его группе КГБ-шников, которых в 1983 году, в рамках борьбы за чистоту кадров, внедрили в ленинградскую милицию, а потом, в перестроечном хаосе, о них как-то забыли. Давайте вспомним, кто они.

История эта была известная – в декабре 1982г. вышло постановление ЦК КПСС с решением направить «комитетчиков» в органы МВД. 25марта 1983г коллегия МВД признала факты срастания коррумпированных элементов милиции с мафией. В результате в милиции начались массовые увольнения, а главой Ленинградского ГУВД и был назначен генерал КГБ Курков Анатолий Алексеевич, которого перевели в милицию вместе с Олейником и другими сотрудниками КГБ.

Формально это было подразделение КГБ в составе военной контрразведки, а фактически ребята имели права прослушивать милицейские телефоны, внедрять агентуру и вести наружное наблюдение за сотрудниками МВД. О результатах своей работы они докладывали на самый верх (поначалу информация ложилась на стол Андропову).

Позже, при Горбачеве, этой затее был дан «задний ход». Сотрудников КГБ стали обвинять в развале милиции и разгоне профессионалов. Анатолий Курков, возглавлявший милицию до 1989 года, вернулся в КГБ (и возглавил УКГБ по Ленинграду и области). Кресло начальника ГУВД он уступил Вощинину, - тому самому, замену которому искал Собчак.

Таким образом, Олейник и его коллеги были внедрены в милицию не для того, чтобы стать ментами, а чтобы создать нечто вроде «Службы Собственной Безопасности» (официально такую службу в МВД создали лишь 1995 году). Олейник и его товарищи вовсе не были какими-то доморощенными стукачами, стремящимся кого-то дискредитировать, как о них говорят злые языки. Они делали ту работу, которую им поручили ещё в 1983 году. Это было их прямой задачей - выявлять и разоблачать «оборотней в погонах» и докладывать обо всём наверх. То есть выход на Собчака, который фактически возглавил Ленинград, был вполне логичным шагом.

Трудно представить всю тяжесть и безвыходность положения тех людей, которые в те времена, перед развалом страны, по долгу службы видели происходящие процессы изнутри, и понимали, что жаловаться в обещем-то некуда и некому.

Пан Бастрыкин

Есть в воспоминаниях Шутова такой эпизод: вскоре после того, как Шутов рассказал Собчаку про Олейника, некий Бастрыкин вдруг организовал в своём кабинете встречу Шутова с Е.Никитиным, подчиненным Крамарева, и тот «прокачивал» мнение Шутова по поводу Крамарева и насчет «создания под крышей ГУВД нового подразделения, но не для борьбы с быстро совершенствующимся и набирающим силу, уже неплохо организованным уголовным миром, а во имя слияния с ним, чтобы взять под свой «милицейский» контроль не только саму организованную преступность, но и криминогенную обстановку города в целом».

Сам факт этой встречи вполне логичен, и Шутов совершенно верно пришел к выводу, что Собчак был заинтересован иметь под контролем банду, которая могла бы решать вопросы, так сказать, во внесудебном порядке. Но организатор встречи Бастрыкин - это ведь тот самый дружок Коли Егорова, ныне широко известный персонаж. Присутствие его в этом эпизоде многое проясняет.

Бастрыкин не случайно выступил организатором этой встречи, и присутствовал на ней, притворяясь ничего не понимающим. Шутов не мог знать, что на самом деле этот его знакомый по комсомольско-партийной работе – друг Коли Егорова, и что его излюбленное амплуа – «косить под дурака», притворяться мало понимающим солдафоном, но всё слушать и "мотать на ус".

Тут и раскрывается подоплека этой встречи: когда Собчак, получив информацию от Шутова, сообщил обо всём Коле Егорову, тот стал развивать эту тему самостоятельно, используя в этом щекотливом вопросе своего человека - Бастрыкина, о котором Шутов не знал ничего особенного и потому никакого коварства не заподозрил.

Таким образом получается, что вовсе не Собчак, а именно Коля Егоров и его дружки - Путин и Бастрыкин взяли на вооружение и банду Крамарева, и его самого, заплатив ему креслом начальника ГУВД. Эти ребята сразу нацелились на то, чтобы подружиться и с бандитскими группировками, и провести в начальники ГУВД своего ручного мента, на которого имелась пачка убийственного компромата. Понятно, что таким образом ребята получили огромную теневую власть, - и возможность использовать орг.преступность в своих целях, и возможность сажать тех, кого захочется. Совершенно не удивительно, что очень быстро Питер захлебнулся в криминале.

Ну а Собчак, скорее всего, не лез в эту тему - ему и без того забот хватало, да и вообще, организация убийств ему не к лицу. Другое дело – Путин, который тогда появился у Собчака в помощниках, и пришелся как нельзя кстати…

Волчонок

Вова Путин с детства рос в атмосфере насилия. Его официальный отец (тоже, кстати, Владимир Путин), был человеком сурового нрава, ходил он с трудом – нога после ранения на войне была «колесом». Классная руководительница как-то пожаловалась ему, что Вова учится не в полную силу, и услышала ответ, который запомнила навсегда: «- Ну что же делать? Убить его, что ли?». Это не только солдатская шутка, но и характер путинского мышления: убийство для решения проблемы - это самое первое, что приходит в голову.

Правда, воспитанием Вовы занимались не столько его суровый отец и малограмотная мать (они всё время вкалывали на работе), сколько «улица», где Володя постоянно жестоко дрался, а также соседи по коммунальной квартире – пожилая семья иудеев-талмудистов, к которым Вова очень привязался. Вова помогал старичкам, особенно по субботам, ну а родители иудейскому влиянию были только рады, увидев в нем шанс на то, что балбес и драчун Вовка наконец-то возьмется за ум и выйдет в люди.

Маленький Вова рос «волчонком», считающим насилие главным аргументом во всяком споре. С 11 лет он занялся единоборствами, и довольно успешно - со временем стал чемпионом Ленинграда по самбо, заслужил черный пояс по каратэ. Иудейское воспитание дало «волчонку» маску интеллигентности и важные связи. Вову свели с «Колей Егоровым», умным молодым евреем, с которым они вместе поступили на «блатной» юрфак ЛГУ, где учились в одной группе и на занятиях всегда сидели рядышком. Коля на 5 лет старше Вовы, он - мозг, ну а Вова – вроде охранника. С ними вместе учился и Саша Бастрыкин комсомолец-активист, староста группы - эти трое в дальнейшем и стали основой поначалу глубоко законспирированной банды юристов-убийц. Причины для конспирации у них были очень весомые: благодаря Коле Егорову и Мусину Валерию Абрамовичу ребята встали на путь сотрудничества с ЦРУ США, это было очень романтично, но в те годы весьма рисковано.

Клан, Юрфак, Собчак

Поступление на юрфак ЛГУ и дальнейший карьерный рост Путина и его товарищей обусловлен не столько их способностями или содействием КГБ, сколько "блатом" - факультет был в руках еврейского клана, продвигавшего в правоохранительную область в первую очередь своих людей. Но тогда, в 70-80-х годах в ЛГУ как раз «боролись с сионизмом», и такие, как Путин, и его друг Коля (Николай Дмитриевич Егоров, 1947г.р.) были для теневых хозяев юрфака особенно ценными кадрами - их причастность к еврейству не очевидна, но при этом для клана они абсолютно свои люди, и таких легко внедрить туда, куда явных евреев старались не пускать.

После окончания Университета в 1975 году, Путина внедрили «кротом» в КГБ, а Колю Егорова взяли к себе на кафедру гражданского права Мусин Валерий Абрамович и тогдашний руководитель кафедры - Иоффе Олимпиад Соломонович. Это была хитрая спецоперация (вероятно, уходящая корнями в совместный проект ЦРУ США и Моссад под названием "кей-кей-маунтин", по принуждению евреев к эмиграции из СССР). Валерий Абрамович вдруг стал громко стучать в партком на своего учителя Иоффе, которому в результате была устроена показательная травля и лишение научных регалий, и он, в образе мученика, уехал в США. В результате устроенной Мусиным "кафедральной войны", освобожденное кресло заведующего кафедрой вскоре занял Коля Егоров, ставший компромиссным молодым начальником над старыми профессорами (а заодно и над тогда ещё не известным юристом Анатолием Собчаком).

Стремительное восхождение этих ребят началось после того, как Иоффе уехал в США и примкнул к "Гарвардскому проекту". Его любимчик Собчак вскоре защитил диссертацию, затем под него была создана кафедра хозяйственного права, которую он возглавил. Ну а ставший заведующим кафедрой гражданского права Коля Егоров набрал аспирантов-бегунков (Диму Медведева, Антона Иванова и Илью Елисеева) и они, вместе с Мишей Кротовым и другими подчиненными Коли Егорова, сколотили дружную команду, которая организовала выдвижение Собчака в депутаты Верховного Совета СССР. Попутно, в 1988году, Собчака на всякий случай пропихнули в КПСС - это постарался Саша Бастрыкин, внедренный в партком ЛГУ.

Пропихнуть демократа-Собчака в депутаты от имени традиционно консервативного юрфака ЛГУ - это было круто. Надо признать, Коля Егоров ловко одурачил всех "консерваторов", проведя собрания так, что на них присутствовали только сторонники Собчака. Противники, составлявшие большинство, узнали о проведенных собраниях в основном задним числом, и побежали жаловаться в партком - а там у Коли Егорова было всё давно схвачено, и жалобы их отправились в мусор. В общем, пока Путин пил пиво в ГДР, его друзья на юрфаке провернули огромную работу (про которую в дальнейшем они предпочитали дружно помалкивать, а Собчак честно врал, что команды у него вообще никакой не было, и, дескать, попал он в депутаты чисто случайно, поспорив с кем-то на бутылку коньяка).

Красивый старт и стремительный взлёт Собчака был обеспечен в основном стараниями ЦРУ США - ему устроили пиар на крови событий 9 апреля 1989г. в Грузии, его пиарили и на событиях в Прибалтике, ему создавали поводы для упоминаний при каждом удобном случае, и популярность его тогда росла как снежный ком. В 1990 году Собчак уже стал жутко популярен и встал во главе Ленинграда. В общем, когда Путин вернулся в Союз, ему оставалось только пожинать плоды успеха своих друзей, и Коля Егоров с радостью приставил своего дружка к Собчаку в помощники. (Подробнее эти "раскопки" про юрфак можно прочесть тут)

Друзья и враги

Надо отдать должное Путину, своих друзей он всегда защищал ревностно. Вот если бы он так защищал Родину, цены бы ему не было.

Однако, друзья и клан в сознании Путина заменили понятие «Родина», котороую он никогда не любил, и никогда не парился над такими понятиями, как «отечество», «патриотизм», и т.п. На то были причины - в детстве личность Вовы формировалось как раз в то время, когда по стране катилась волна «разоблачения культа личности Сталина». Тлетворное дыхание предательства проникало в каждую семью, заставляя тех, кто еще вчера боготворили вождя, теперь его порочить. Ну а дети, впитавшие это зловонье перегибов партийной линии, выросли циниками, которым глубоко плевать на всё, кроме благополучия себя и своих близких. Путина разоблачение Сталина касалась больше других - ведь его любимый дедушка Спиридон был у Сталина поваром, был близок к вождям, рассказывал Вове кремлевские байки.

Умер дедушка когда Вове было 12 лет. Примерно с тех пор Вова и "взялся за ум", задавшись целью "стать разведчиком", то есть внедриться к какому-нибудь врагу, чтобы вредить ему изнутри, притворяясь своим, а на самом деле работать на противника. Именно о такой судьбе мечтал Вова с детства, именно к такому положению он в итоге и пришел - теперь этот внедренный в Кремль американский агент маскируется под президента, а на самом деле блюдет интересы врагов России.

Судя по всему, Вову Путина мало волнует то, в каком виде он войдет в историю России. Он чувствует себя героем истории совсем другой страны - США, и там он - не предатель Родины, а наоборот, великий разведчик, который ловко одурачил врагов. В их истории он хитростью победил дикие народы России, а особенно русских, которые были недостойны владеть столь огромной территорией. В их истории он - тот, кто обеспечил передачу "лишней" земли от плохих русских - хорошей Америке. В истории США его, конечно, изобразят великим героем. А история России, которая к тому времени должна будет превратиться в раздираемую склоками страну, размером с древнее московское княжество, никому не будет интересна, а русские будут вроде индейцев в США, - неудачники, не вписавшиеся в поворот истории...

Но мы сейчас поговорим о делах куда более мелких, - про убийства, которые Путин и его банда организовали в 1998 году, пребывая, вероятно, в опьянении от своего всемогущества и полной безнаказанности. Возможно, теперь эта "пьянка" выйдет ребятам боком.




©2015 studenchik.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.