Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Иерархия городских ремесел



 

Неравенство внутри городского общества сильнее всего проявилось в ремесленных объединениях, которые постепенно стали самой могущественной силой в городе. В Италии, где профессиональная организация была наиболее крепкой, установилась большая дистанция между старшими и младшими цехами (буквально: «искусствами», поскольку латинское слово ars, «искусство», означало также и «ремесло», «цех»). Во Флоренции эта система была наиболее совершенна; там выделились одиннадцать старших цехов, объединявших богатых торговцев, и множество младших цехов, объединявших ремесленников, а кроме того, среди одиннадцати старших цехов установилось преимущество первых пяти, объединявших только тех коммерсантов, которые действовали на международном уровне. Это были объединения «Калимала» — крупные импортеры-экспортеры шерсти, занимавшиеся также банковским делом, и «Пор Санта Мария» — торговцы шелком, а также врачи, бакалейщики и галантерейщики, которые объединились в одну большую корпорацию и торговали всеми товарами под общим названием «пряности»; в справочнике того времени их значилось 288 наименований. Городская верхушка образовала то, что мы именуем спорным термином «патрициат», — сословие патрициев. Несомненно одно: над средневековыми городами господствовали самые богатые и могущественные из этих именитых граждан — купцы. Однако не будем забывать, что главным источником богатства средневековых городов было производство, а не торговля. Это весьма отчетливо наблюдается на примере другого региона Европы, Фландрии, где развитие городов в Средние века происходило так же бурно, как в Северной и Центральной Италии. Бельгийский историк Шарль Верлинден (Verlinden) задается вопросом: «Купцы или ткачи?» — и утверждает: «Именно производство лежит в основе демографических изменений, которые привели к рождению и развитию фламандских городов. Торговля родилась из производства, а не наоборот».

Производство — это изготовление сукна. Текстильная Европа породила Европу торговую. Но прежде, чем говорить о купцах, нужно как следует объяснить значение средневекового города, который был основной движущей силой динамичного развития Европы.

 

Европейский город: Иерусалим или Вавилон?

 

В Средние века воображаемое всегда играло существенную роль, принимая форму различных символов: борьба за и против города в XII веке велась внутри сферы библейских представлений. Это отчетливо видно на примере двух типичных высказываний. Когда в Париже число учителей и студентов стало значительным, о чем пойдет речь дальше, святой Бернард, поборник монастырской культуры, творимой в одиночестве, явился в Париж, чтобы воззвать к учителям и студентам на горе Святой Женевьевы: «Бегите из этого Вавилона, бегите и спасайте ваши души, поспешайте все вместе в убежища, каковые суть монастыри». А спустя несколько десятилетий аббат Филипп де Арван пишет юному ученику: «Влекомый любовию к науке, прибыл ты ныне в Париж и обрел сей Иерусалим, коего столь многие взыскуют». В XIII веке в представлениях людей о городе Иерусалим взял верх над Вавилоном, хотя к концу Средневековья уже обозначились и свойственные городу пороки.

 

Город и демократия

 

Самый заметный из этих пороков — социальное неравенство. «Жирным», то есть купцам, представителям старших цехов, противостоит «тощий» люд. «Жирные» учреждают советы, управляющие городом: в Южной Европе под началом консулов, в Северной — под началом эшевенов . Однако средневековый город — это не только средоточие экономических импульсов, не только центр, который с помощью ремесел, рынков и меняльных лавок, превращающихся в банки, способствовал экономическому подъему Европы; это еще и первый эскиз демократической модели, несмотря на то что численность мелких ремесленников росла и среди них становилось все больше бедняков. Однако, — по справедливому замечанию Роберто Лопеса, сравнившего европейский средневековый город с византийским, который был продолжением города античного, с мусульманским, который никогда не представлял собой самостоятельной единицы в сопоставлении с уммой , то есть сообществом верующих, каковое намного превосходило пределы города, а также с китайским городом, не имевшим ни центра, ни индивидуальности, ни автономии, — «европейский городской опыт был в целом интенсивнее, разнообразнее, революционнее и, позволим себе утверждать, демократичнее, чем какой бы то ни было». Европейский город был мерилом исторического прогресса во всей Европе. Рождение и развитие городов из первоначального ядра, связанного иногда с сеньориальной властью (bourg), иногда с простейшими формами торговли (например, grod в Польше и других славянских странах), получило распространение во всем европейском христианском мире и стало мерилом и движущей силой его развития. Это справедливо как для кельтских стран, так и для германских, скандинавских, славянских, а также Венгрии. И влияние этих стран, постепенно интегрировавшихся в Европу, в большой мере зависело от удельного веса в них городов. Ближе к северу и востоку Европы урбанизация была менее выраженной, крупных городов было меньше и они были слабее, хотя урбанизация как феномен роста городов и усиления их роли наблюдалась везде. Только Исландия и Фрисландия оказались в стороне от этого расцвета городской жизни.

 




©2015 studenchik.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.