Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

ГЛАВА 9. ДРУЖИННЫЕ КУРГАНЫ. зей. В X в. Гнездово было уже не племенным цент­ром, а одним из древнерусских дружинных




 


зей. В X в. Гнездово было уже не племенным цент­ром, а одним из древнерусских дружинных пунктов.

Из других дружинных кладбищ древней Руси IX—X вв. наибольший интерес представляют черни­говские курганы, и среди них на первом месте стоит Черная Могила. Этот огромный курган находился непосредственно за валами древнейшей части Чер­нигова. Раскопан он был еще в 1872 и 1873 гг. Д. Я. Самоквасовым. Обстоятельный научный анализ материалов этих раскопок и реконструкция деталей погребальной обрядности мастерски выполнены Б. А. Рыбаковым (Рыбаков В. А., 1949а, с. 24—51).

Высота кургана Черная Могила около 11 м, диа­метр основания около 40 м. Процесс сооружения на­сыпи и последовательность исполнения похоронного ритуала, по Б. А. Рыбакову, представляются следу­ющим образом. Первоначально была сооружена пес­чаная подсыпка в виде усеченного конуса высотой 1—1,5 м и диаметром 10—15 м. Сожжение на под­сыпке было обычным для Черниговской округи; под­сыпка давала свободный доступ воздуху и тем самым способствовала горению погребального костра. На горизонтальной площадке подсыпки был сооружен бревенчатый «дом мертвых», а место, предназначен­ное для курганной насыпи, возможно, было обнесе­но легкой оградой (табл. LXXI, 16).

Исследования погребального кострища и вещевых находок в нем (табл. LXXI, 17) позволили Б. А. Ры­бакову заключить, что в «дом мертвых» было поме­щено три покойника; два воина — взрослый и юно­ша—и женщина. Об этом отчетливо свидетельству­ют двойной комплект вооружения, удвоенность большей части инвентаря и женские украшения.

Погребальная домовина после помещения в нее трупов была доверху заложена хворостом. Ее обло­жили хворостом и снаружи и зажгли все сооружение. Когда костер догорел, родственники умершего изъя­ли из кострища шлем с остатками черепа и кольчугу с прикипевшими к ней сожженными костями. Затем была сооружена огромная насыпь высотой около 7 м с несколько уплощенной вершиной площадью около 1000 кв. м (табл. LXXI, 15). При ее сооруже­нии использовали грунт вокруг, и в результате око­ло насыпи образовался кольцевой ровик шириной 7м.

На вершине насыпи в центре уложили останки умершего вместе с доспехами, снятые с погребально­го кострища. Здесь справлялась тризна — состязание и военные игры в честь умершего воина, поэтому площадка вокруг останков с доспехами оказалась сильно утрамбованной.

Вслед за этими торжествами курганная насыпь была досыпана до высоты 11 м. Б. А. Рыбаков пред­полагает, что на вершине окончательно насыпанного кургана был поставлен столб (табл. LXXI, 14). Трехступенчатая последовательность сооружения кургана очевидна из его разреза (табл. LXXI, 13).

Среди предметов, обнаруженных в пепелище пог­ребального костра, имелись два меча; два шлема; две кольчуги; сабля; десять наконечников копий; нако­нечники стрел; топор; пять ножей, некоторые — с костяными рукоятками; оселки; остатки щитов, ве­роятно деревянных, обшитых бронзовым листом при помощи железных заклепок; два жертвенных ножа; стремена с округлой профилированной подножкой и


Рис. 17. Деталь оковки турьего рога из Черной Могилы

ушком; поясные кольца и бронзовые наконечники пояса; серебряная круглая фибула для плаща.

Один из мечей, по всей вероятности принадлежав­ший старшему из погребенных, имел длину около 105 см (табл. LXVI, 6"). Рукоять его украшена позо­лоченным серебром с гравированным узором. Пере­крестие меча изогнуто дугообразно, что позволяло сражаться им и в пешем, и в конном бою.

Второй меч, очевидно принадлежавший юноше, достигал в длину 82 см и имел прямое перекрестие. Навершие и перекрестие украшены ромбической се­ребряной насечкой (табл. LXXI, 5).

Сабля из Черной Могилы характеризуется еще слабым изгибом и коленчатой рукоятью (табл. LXXI, 7). Топор — небольших размеров (табл. LXXI, 10), и поэтому может быть отнесен к оружию. Наконеч­ники стрел — ромбические, узкие трехгранные или двурогие. Шлем был склепан из нескольких желез­ных пластин и обтянут медным листом, покрытым позолотой (табл. LXXI, 4). Места склепки пластин оформлены волнообразно. Сзади прикреплялась кольчужная бармица. По бокам шлема имелись две квадратные бляшки с горизонтально поставленными остриями.

На остатках погребального кострища Черной Мо­гилы был поставлен большой железный котел, на-полненый пережженными бараньими и птичьими костями и клочьями бараньей шерсти, поверх кото­рых лежала голова барана. Около котла находились два жертвенных ножа — скрамасакса (табл. LXXI, 8,9).

К числу женских вещей относятся височные коль­ца (табл. LXXI, 1—3), слитки серебра, золота и стек­ла от расплавившихся украшений, обломки костяных гребней, глиняное пряслице, бронзовая и костяная проколки.

На кострище найдены и орудия труда — десять же­лезных серпов (у ног женщины), долота, скобель. У изголовья покойников обнаружены остатки около



 


ЧАСТЬ III. ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКОЙ АРХЕОЛОГИИ


 


полутора десятков деревянных ведер. Вероятно, они были поставлены с напитками (мед, вино, пиво). Здесь же находились два глиняных горшка, изготов­ленных на гончарном круге и украшенных линейным орнаментом.

Большой интерес представляет находка более сот­ни бабок и бронзовой битки к ним, предназначенных для игры, а также полусферических костяных фигу­рок с шариком наверху, тоже служивших для какой-то игры. К этой же категории находок принадлежат костяные брусочки, помеченные очками от одного до шести.

Вместе с жертвенным котлом на погребальное кострище были положены два турьих рога. Это были сосуды для питья — ритоны, имевшие ритуальное значение. Они тесно связаны со славянским языче­ским культом и были атрибутами языческих богов (например, Святовита, изображенного на Збручском идоле) и принадлежностью ритуальных пиров. Оба рога были помещены в курган уже после того как до­горел погребальный костер.

Турьи рога-ритоны из Черной Могилы окованы серебром вокруг устья и украшены квадратными накладками в средней части (рис. 16; 17). Оковка меньшего из рогов (длина 54 см) орнаментирована растительным узором, переплетенным в гирлянды (табл. LXXII, 4). Другой турий рог (длина 67 см) украшен сложнее — на оковке вычеканен интерес­нейший фриз из разнообразных чудовищ, птиц и лю­дей (табл. LXXII, 1-3).

Центральное место в орнаментальной композиции занимает изображение двух человеческих фигурок и орла, обращенное непосредственно к лицу, пьющему из ритона. Композиция давно привлекала внимание ученых и толковалась по-разному. Б. А. Рыбаков сопоставил это место изображения на оправе турье­го рога с черниговской былиной об Иване Годинови-че и убедительно показал, что оно является иллюст­рацией былинного сюжета.

В былине рассказывается о том, как молодой ки­евский дружинник Иван Годинович приезжает в Чернигов за понравившейся ему дочерью чернигов­ского гостя и увозит ее. По дороге в Киев его встре­чает Кащей Бессмертный, побеждает и привязывает к дубу. В этот момент прилетает птица-ворон и чело­веческим голосом прорицает — владеть невестой не Кащею, а Ивану Годиновичу. Кащей стреляет в птицу из лука, но выпущенные им стрелы возвраща­ются и поражают в голову самого Кащея.

На турьем роге и иллюстрирован последний сю­жет. Бородатый мужчина в длинной рубахе, только что спустивший тетиву лука,— Кащей Бессмертный. В вещую птицу пущены три стрелы, и все они изоб­ражены за спиной Кащея. Сам ворон с распростер­тыми крыльями уже собирается улететь. Между ни­ми помещена черниговская девица с длинными коса­ми и с луком в левой руке.

Заканчивая обзор находок из кургана Черная Мо­гила, нужно упомянуть о небольшом бронзовом идольчике — сидящей человеческой фигурке с каким-то предметом в руках. Фигурка была положена ря­дом с доспехами на вершине насыпи во время совер­шения тризны.

Датируется курган Черная Могила золотой визан­тийской монетой 945—959 гг. и другими вещами вто-


рой половиной X в. Б. А. Рыбаков полагает, что в кургане был похоронен не просто знатный и богатый военачальник, а князь, поскольку в состав инвента­ря входят не только оружие и доспехи, но и предме­ты, связанные с языческим культом (идол, жертвен­ные ножи и священные ритоны). Сочетать же обя­занности воина и жреца мог только князь. Вторым погребенным в кургане был юноша-воин — очевидно, близкий родственник старшего. Женщину, которая должна была сопровождать князя в потусторонний мир, вряд ли следует считать рабыней.

Другой черниговский курган, известный под на­званием Гульбище, очевидно, принадлежал одному из местных бояр-дружинников. На остатках погребаль­ного кострища в беспорядочном состоянии найдены шлем, меч, щит, два наконечника копья, стрела, об­ломки топора, две пары стремян и др.

Меч из этого кургана — самый крупный из древ­нерусских мечей. Его прямое перекрестие и навер-шие орнаментированы при помощи отверстий (табл. LXIX, 8). Ножны меча имели наконечник с изобра­жением извивающегося дракона.

Шлем склепан из нескольких пластин и спереди украшен полукруглой медной набивкой. Он сильно поврежден. В табл. LXIX, 3 изображена его рекон­струкция. Наверху шлема имелась втулка для плю­мажа, а сзади прикреплялась кольчужная бармица. Стремена отличались большими размерами и имели дугообразную подножку (табл. LXIX, 10}. Кроме того, найдено кресало овальнопрямоугольной фор­мы с щелевидной прорезью (табл. LXIX, 6).

Воин, погребенный в этом кургане, очевидно, но­сил плащ, который застегивался подковообразной фибулой. Под плащом была верхняя одежда типа кафтана, от которой сохранилось лишь пять пар мас­сивных серебряных с позолотой застежек с узорами из крестообразно расположенных кринов (табл. LXIX, 11). Пояс состоял из наборных бляшек (табл. LXIX, 7, 2, 7) и наконечника с тамгообразными узорами. К одежде принадлежат и костяные плоско­выпуклые пуговицы с геометрическим орнаментом (табл. LXIX, 4, 5, 9), и обычные мелкие бронзовые пуговицы с позолотой (табл. LXIX, 13).

Вместе с мужчиной была сожжена женщина. Со­хранилось после кремации небольшое количество стеклянных бус (табл. LXIX, 12). Кроме того, най­дено около двух сотен слитков стекла, серебра и зо­лота. У ног погребенной лежали зерна ржи, пшени­цы и ячменя.

На кострище был обнаружен дирхем конца IX в., поэтому погребение датируется обычно началом X в.

Черниговские курганы IX—X вв. образуют не­сколько отдельных групп, разбросанных на знйчи-тельном пространстве. В каждой курганной группе имеется много обычных невысоких насыпей и не­сколько крупных, принадлежавших воинам-дружин­никам. В числе последних выделяются особенно большие курганы с богатым инвентарем, в которых погребены бояре-военачальники. Очевидно, в распо­ряжении черниговского князя были сотни дружин­ников. Рассредоточенность дружинных погребений, по всей вероятности, обусловлена появлением у дру­жинников земельных владений вокруг Чернигова.

В 18 км от Чернигова ниже по Десне расположе­но еще одно крупное дружинное кладбище -- Шесто-



 





©2015 studenchik.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.