Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Потусторонние Земли, восточнее города Летефора, миля от Черного Ущелья, начало осени 6241 солнечного цикла



 

Грохот копыт двадцати тысяч бефунов, звон оружия и доспехов вселяли страх в сердца чудовищ, загоняя их глубже в руины захваченных ими когда-то домов. Никто из монстров не отваживался показаться солдатам на глаза.

Акронт Летефоры не стал полагаться лишь на силу убариу и подземных, дав своему войску поразительные боевые машины, которые не сумел бы измыслить даже Фургас. Две бронированные повозки по сорок шагов в длину, десять в ширину и десять в высоту катились перед войском и за ним. Деревянную основу обили стальными пластинами, диковинное сооружение чем-то напоминало военный корабль.

Внутри конструкции за бойницами были установлены баллисты и катапульты, чтобы обстреливать противника сверху. Можно было прицелиться для кругового обстрела, так что снаряды долетали до любого места на поле боя. Кроме того, по словам Флагура, катапульты стреляли на триста метров.

В движение эти колоссы приводила простая, но действенная система ветряков. На крышах были установлены мачты с лопастями, переводившие силу ветра к двигателям по принципу ветряной мельницы. Боевые машины катились вперед на колесах со скоростью разъяренного гнома. А это вовсе немало.

– Впечатляющие штуковины, – заметил Родарио. Он тоже пересел на бефуна, так как эти странные звери позволяли передвигаться быстрее, чем лошади. – Ты обратил внимание, какие они маневренные, а, Тунгдил? Колеса можно поворачивать так, что такую бронемашину можно развернуть на месте. Она даже может ехать боком.

Слева и справа от дороги Тунгдил заметил пробитые стрелами тела чудовищ – судя по всему, эти незадачливые существа не ко времени наткнулись на первый отряд. Но это послужило их собратьям хорошим уроком, и теперь монстры не пытались нападать на солдат акронта.

– Будь в Потаенной Стране хоть одна такая повозка – и орков в Тобориборе уничтожили бы намного быстрее.

Родарио наблюдал за машинами, раздумывая о словах акронта.

– Это не могла быть Нармора. Мы оба видели, как она погибла. Заклинание изгнания скверны сожгло ее альвийскую плоть. Она не могла выжить.

– Магия и любовь способны на многое, пускай они и не всегда толкают нас на правильные поступки. – Лот-Ионан трясся в седле рядом с Тунгдилом. – Фургас обнаружил магический источник, помнишь? В безумии своем он мог создать из останков жены машину, подобную той, что были у Бессмертных.

– Воскрешенная Нармора… – Родарио вздрогнул. – Мертвое создание с сердцем из металлических шестеренок и механических устройств, создание, движимое пульсацией магии? Фургас никогда бы так не поступил с женой. Он слишком ее любил.

– Да, он настолько любил ее, что был способен на такой поступок. Фургас не мог вынести разлуки, – возразил Тунгдил. – Надеюсь, мы остановим Нармору до того, как она уничтожит артефакт.

– Так она отомстила бы Потаенной Стране, – кивнул Лот-Ионан. – Но за что она мстит?

– Еще в Пористе Фургас поклялся, что отомстит. – Тунгдилу вспомнилось, как он рассказывал магистру о смерти его жены и ребенка. Тогда в глазах Фургаса горела такая ненависть, что с ним в злобе своей не мог бы потягаться и Третий.

– Из-за изгнания скверны она потеряла все. Детей, прежнюю жизнь… – заявил Родарио.

Впереди земля полого уходила вниз, здесь не росла трава и были только песок и мертвая почва, словно сама жизнь страшилась приближаться к Черному Ущелью.

Бронемашины во главе колонны разъехались, пропуская войско, чтобы остальные повозки присоединились к ним. Послышался звук фанфар, доносившийся со стороны авангарда.

– Вскоре мы подъедем к Черному Ущелью, – пояснила Зирка, до этого слушавшая разговор друзей молча. – Нам с бриллиантом нужно выехать вперед.

Бефуны перешли с быстрой рыси в галоп. Удивительно, но ехать на них было удобнее всего как раз тогда, когда скакуны неслись на полной скорости.

Впереди показалась голая низина, в центре которой находилось Черное Ущелье – дыра в земле в полмили длиной и сто метров шириной. Она напоминала рану в теле земли с черными запекшимися краями. Слева и справа виднелись две дороги, ведущие вниз.

– Загноившаяся язва, – Боиндил с отвращением сплюнул. – А чудовища – гной, что из нее выходит!

Флагур указал на юг, где перед входом в Ущелье возвышалась странного вида конструкция.

– Это артефакт, – с облегчением вздохнул убариу. – С ним все в порядке. Я уже опасался…

Тунгдил заставил себя промолчать в ответ на это, не желая лишать Флагура надежды. Нармора была могущественной волшебницей. Кто знает, на что способна полуальвийка?

– Отдай приказ охранять выходы из Ущелья, – попросил он убариу. – На всякий случай. Не хочу, чтобы чудовища застали нас врасплох, пока мы будем устанавливать камень, – Тунгдил повернулся к Лот-Ионану. – Вы готовы, почтенный маг?

– Не знаю, можно ли вообще подготовиться к тому, что нас ожидает. – Волшебник задумчиво обвел низину взглядом.

– А где же первый отряд? – Боиндил оглянулся. – От них не осталось даже следов.

– Наверное, они спустились в Ущелье, – предположила Зирка. – Вот только зачем, хотела бы я знать. Первое сражение? Или коварная ловушка Нарморы, решившей привлечь чудовищ?

Войско разделилось. По десять тысяч убариу и подземных встали у выходов из Черного Ущелья, образовав живую преграду для всего, что решит выбраться оттуда. Они остановились на расстоянии в сотню шагов от зияющей расщелины.

Бронемашины заняли позицию прямо за ними. Внутри велись последние приготовления к бою, ветряки вращались на холостом ходу. Пока что…

Флагур рассказал Тунгдилу, что ветряки не только запускали двигатели, но и придавали дополнительное ускорение зарядам катапульты. Если машины стояли на месте, можно было использовать механические метательные устройства, и благодаря энергии ветра они стреляли без остановки, солдатам оставалось только подкладывать снаряды и наводить орудия на цель. Боеприпасы убариу привезли с собой, кроме того, можно было подбирать снаряды с земли через специальные люки в днище.

Бронемашины были готовы к бою.

Тем временем Зирка, Тунгдил и его друзья добрались до артефакта. Диковинная конструкция состояла из четырех вертикальных металлических колец, формировавших шар диаметром в двадцать метров. Кольца покрывали какие-то символы, руны и странные узоры. Множество поперечин вело к центру, где виднелось украшенное таинственными знаками крепление.

– Насколько я понимаю, нам нужно поместить туда бриллиант, – Лот-Ионан спешился.

Закрыв глаза от солнца ладонью, Боиндил посмотрел наверх.

– Но как туда забраться? Я что-то не вижу лестницы.

– Поэтому и нужен мастер рун, – Флагур поклонился Лот-Ионану. – Или маг. У вас ведь есть заклинание, которое позволило бы вам взлететь?

– Нет, – покачал головой волшебник. – А должно быть?

– Тогда вам придется карабкаться.

– Но почему бы вам не подсадить почтенного мага, подняв его на плечи? – предложил Родарио. – Вы выглядите очень сильным и наверняка справитесь с этим.

– Я не стану прикасаться к артефакту, – убариу резко замотал головой. – Лишь мастер рун или чародей, чистый душою и невинный, может коснуться его. Остальные рассыплются в прах.

В этот момент послышались звуки горна – глухой стон доносился из глубин Черного Ущелья, мрачный, пронзительный скрежет, исполненный ненависти и предвкушения боя. Этот звук сулил свободу убивать и рушить все на своем пути.

Друзья прислушивались, пока горн не утих.

– Нас заметили, – испуганно прошептала Зирка. – Мы…

И тут расщелина взорвалась воплем из тысяч разъяренных глоток.

– Они идут! – Флагур вскочил на бефуна. – Я – к моим воинам. Они должны видеть, что я не брошу их в беде, – обнажив меч, он кивнул Лот-Ионану. – Почтенный маг, для меня было честью познакомиться с вами.

Убариу понесся вперед, на скаку раздавая приказы.

Первый ряд солдат опустился на колени, подняв длинные железные копья, чтобы насадить на них врагов. Лучники за ними приготовились стрелять, еще один ряд выставил перед собой строевые щиты, чтобы при необходимости поднять их над головой, защищаясь от снарядов. Заслонки на бойницах бронемашин с угрожающим скрипом опустились.

Лот-Ионан направился к артефакту, чувствуя, как исходит от колец магическая энергия, от которой волосы становятся дыбом.

Чем ближе он подходил, тем медленнее становились его движения. Оглянувшись, маг увидел, что Тунгдил, Зирка, Родарио, Боиндил и Года не сводят с него глаз.

– Я…

И тут что-то ударило его в грудь. Отпрянув на пару шагов, чародей упал на пыльную землю. В его теле торчала альвийская стрела с черным древком. Она сразила Лот-Ионана в самое сердце.

На мага упала чья-то тень: из-за артефакта выпрыгнул какой-то человек и сорвал с его пояса мешочек с волшебным камнем.

Теплая кровь заливала грудь Лот-Ионана, раненое сердце натужно сжалось еще пару раз и сдалось. Маг со стоном закрыл глаза…

– Фургас? – Родарио узнал человека, выбравшегося из-за металлических колец.

– Мы же в Потусторонних Землях. Тут поднимаются мертвые, – отобрав у волшебника бриллиант, магистр медленно попятился. – Я обманул даже тебя, Невероятный Родарио, – удовлетворенно улыбнулся он. Увидев, что Тунгдил сделал шаг вперед, Фургас укоризненно покачал пальцем. – Оставайся на месте, иначе и в тебя попадет стрела, – он указал на артефакт. Из-за колец вышла женщина с луком в руках. – Мы вместе полюбуемся тем, как зло вырвется из Черного Ущелья и направится в Потаенную Страну.

Вытащив бриллиант из мешочка, магистр проглотил волшебный камень.

– Ох, это была плохая идея, – Боиндил медленно поднял оружие. – Сейчас я кому-то сделаю больно…

– Вам не остановить меня, – Фургас посмотрел на Ущелье. – Вот моя месть Потаенной Стране, о которой я так долго мечтал. Ваши земли потонут в крови, пролитой чудовищами. Потаенная Страна падет. Такова кара за гордыню, за то, что все поверили ложным обещаниям гномов. – Инженер с ненавистью уставился на Тунгдила. – Эоил не представляла для нас опасности, но вы, ублюдки, встали у нее на пути, и потому я лишился моей семьи.

– Это не Нармора, – пробормотал Боиндил. – Почему она не колдует?

Родарио придерживался того же мнения: он уже видел эту женщину в Мифурдании и теперь злился оттого, что совершенно позабыл об этом. Теперь, когда было произнесено имя Нарморы, он понял, кого ему напоминала та незнакомка. Видимо, именно поэтому Фургас сделал ее своей союзницей. Возможно, больной разум механикуса принимал ее за воплощение его любимой жены.

– И ты хочешь, чтобы погибла целая страна? Неужели ты думаешь, что Нармора хотела бы этого? Она же вместе с нами пыталась устранить нависшую над Потаенной Страной угрозу.

– Да, но она не хотела умирать! – отрезал Фургас. – Нет! Вы будете страдать, скорбя по своим близким, как страдаю я. И мои муки длятся уже более пяти солнечных циклов, – сжав кулаки, магистр попятился. – В Потаенной Стране не останется никого, кто не разделил бы мои страдания.

– А что потом? – увещевал его Родарио. – Потом наша страна погибнет, понимаешь?

– Пусть гибнет. Как по мне, пусть погибнет хоть весь мир, – он пожал плечами. – Что мне за дело до мира, если мертва возлюбленная моя, любимая, спасавшая мне жизнь, любимая, подарившая мне детей.

– Ты обманул меня, Фургас, – актер двинулся вперед.

Лучница спустила тетиву, и стрела вонзилась Родарио в бедро. Он упал на землю рядом с Лот-Ионаном, а девушка опять приготовилась стрелять. Ее движения были невероятно быстры и отточены.

– Я же сказал, стойте и смотрите, – магистр смерил бывшего друга равнодушным взглядом. – Ты сам виноват в том, что ранен.

Вой в Ущелье стал громче.

На убариу и подземных жителей обрушился град омерзительных снарядов – чудовища швыряли в них расчлененными телами солдат из первого отряда. Отрубленные руки, ноги и головы падали на воинов, с глухим стуком ударялись о щиты и стальные плиты бронемашин, расплескивая кровь. В воздухе повисла кошмарная вонь. Конечно, все это сказалось на боевом духе солдат.

Лицо Зирки окаменело. Она потеряла друзей и близких и теперь готова была пойти на все, чтобы отомстить за них.

– Ты совершил страшную ошибку, – сбивчиво заговорил Родарио, зажимая рану от стрелы. – Не нужно делать все еще хуже. Остановись!

– Никто не простит меня за то, что я уже сделал. Нет мне пути назад, – перебил его Фургас. – Я построил машины и подослал их к гномам. Бандилору не пришлось долго меня уговаривать. Да и Бессмертным тоже. Я все продумал и спланировал. И вот, я у цели. Зачем же мне останавливаться?

– Мы нашли твою шахту. Машина не успела дорыть тайный ход, и теперь зло не сможет проникнуть в Потаенную Страну, – Тунгдил подал Годе и Боиндилу знак готовиться. – Как тебе удалось создать машины из тел чудовищ?

– В наших планах всегда нужно оставлять место случайности, – улыбнулся магистр. – Когда мы искали железную руду на дне озера, то заметили, что каменная порода там какая-то необычная. Я вспомнил о магическом источнике в Пористе и догадался, что тут что-то нечисто. А потом я подумал о металле, который проводит магию, – он смотрел на Ущелье, град из мертвых тел продолжался. – И тогда я стал размышлять о том, нельзя ли использовать этот металл для волшебных машин. Благодаря Нарморе я знал о том, что альвы обладают способностями к магии. Когда Бессмертный передал мне детей, я просто провел кое-какие опыты. – В его глазах горела гордость. – Двое детей Лоримбура сковали мне особый металл, и я создал новые машины. До меня еще никому не приходила в голову мысль о том, что можно объединить магию, волшебный металл и живые тела.

– И так ты породил почти непобедимых чудовищ.

– В этом-то и был смысл, Тунгдил, – сложив руки на животе, Фургас смерил гнома равнодушным взглядом. – Мне нужно было отвлечь вас. Пока вы гонялись за моими монстрами, за мной никто не следил. Я смог бы, никем не замеченный, достроить шахту и открыть проход в Потусторонние Земли. Но Черное Ущелье лучше подходило для моей мести. – Повернувшись к расщелине в земле, он кивнул. – Разве это не прелестно? Я все это время водил вас за нос – с того самого дня, как Родарио случайно оказался на моем острове. – Магистр посмотрел на своего друга. – А моя мнимая смерть довершила дело. Вы поверили мне и сами, сами все мне рассказали! Это делает мою месть еще слаще. Я даже мечтать о таком не мог. Да, если бы нам было дано обо всем знать заранее… Например, о Черном Ущелье.

Грохот тел утих, и опять раздались звуки горна. И тогда из ущелья зловещим потоком хлынули чудовища, сметая ряды защитников.

Тунгдил был слишком далеко, чтобы рассмотреть все подробно, но монстры, выбиравшиеся из Черного Ущелья, во многом превосходили существ, с которыми ему приходилось сталкиваться прежде. Некоторые из них напоминали орков, только у них было по четыре руки, оснащенных длинными когтями, были тут и двухголовые уроды с длинными шеями и змеиными головами.

Огромное, словно дерево, создание, жирное, с красным влажным телом, поблескивавшим на солнце, словно кусок сырого мяса, протянуло вперед десяток щупалец, пытаясь дотянуться до всего, что встречалось ему на пути. Схватив добычу, оно прижимало несчастных к своему толстому телу, и кислота, дымясь, разъедала плоть жертв, а образовавшуюся слизь жадно всасывали многочисленные рты.

Чудовища скакали верхом, бежали, летели – маленькие и большие, невыносимо мерзостные, вселяющие ужас.

По склону ползли высокие, словно крестьянский дом, крылатые монстры. Забираясь повыше, они прыгали вниз, чтобы воспользоваться воздушными потоками, и поднимались над головами убариу, когтями прореживая ряды защитников.

Катапульты в бронемашинах начали стрелять, сея смерть среди врагов.

Несколько крылатых монстров напали на повозки – чудовища брали их на таран или садились сверху, пытаясь сбить ветряки и отогнуть стальные плиты, чтобы пробраться внутрь. Пехоте убариу и подземных пришлось прийти на помощь команде машин.

И тут из расщелины донесся хриплый вопль, заглушивший остальные звуки.

Голос был настолько громким, что скалы пошли трещинами, мелкие обломки полетели вниз. И воины акронта, и чудовища притихли, атака захлебнулась. Монстры боялись своего собрата.

– Помоги нам, Убар, – прошептала Зирка, невольно отпрянув. – Кордрион! По преданию, лишь его боевой клич раскалывает камни. Ничто не сможет остановить его, если он выберется из расщелины.

Фургас цокнул языком.

– И нет никого, кто остановил бы его, Зирка, – он указал на Лот-Ионана. – Вот он, ваша последняя надежда. Старик подвел вас.

И вдруг рука мага взметнулась, с кончиков пальцев сорвался темно-зеленый луч и ударил в магистра.

Фургаса подняло над землей и протащило до крепления в артефакте. Затем Лот-Ионан опустил руку, и магистр полетел вниз с двухметровой высоты. В последний момент инженеру удалось зацепиться за поперечную балку.

Женщина спустила тетиву, но на этот раз стрела замерла в воздухе перед Лот-Ионаном. Маг был готов к нападению.

– Ух ты, теперь и камешек наверху. Нужно только запихнуть его в крепление. – Боиндил бросился к лучнице, Года последовала за ним. – Я ею займусь, книгочей. А вы попробуйте добыть Лот-Ионану бриллиант.

Тунгдил и Зирка помогли магу подняться.

Выдернув стрелу из раны, волшебник отбросил ее прочь.

– Не так просто убить мага, – со странной улыбкой заметил он. – Злу не одолеть нас, – Лот-Ионан протянул руку к кольцу, собираясь начать подъем.

Из центра артефакта ударила молния, отбросив мага назад. От тела старика повалил дым, несчастный застонал.

– Лот-Ионан! – Тунгдил, подбежав, опустился рядом с приемным отцом на колени.

Ладонь мага почернела и обуглилась, кожа, отслаиваясь, струпьями осыпалась на землю, а из-под нее струилась кровь. Глаза мага закатились, по телу прошла судорога.

Зирка уставилась на Лот-Ионана.

– Он не чист душою, – догадалась она и в ужасе оглянулась на Черное Ущелье. – Что же теперь будет?

Убариу и подземные удержали позицию, но некоторым чудовищам все же удалось пробить линию обороны. И эти порождения злых богов двигались к артефакту. Они знали наверняка, что повинно в их долгом плене, и теперь хотели уничтожить ненавистные кольца.

– Не знаю, – прошептал Тунгдил. Подняв Кровопийцу, он вскочил на бефуна и поскакал навстречу монстрам. – Я задержу их, а там посмотрим. Защищай мага.

Бешеный добежал до девушки и сломал ее лук в тот самый момент, когда она спустила тетиву. Стрела упала на землю, а лже-Нармора в ярости отскочила в сторону, обнажая меч.

– Подлая убийца! – В глазах Боиндила заплясали огоньки безумия. – Посмотрим, какова ты в ближнем бою! Что станешь делать теперь, когда я перешиб твою игрушку, а?

Он ударил вороньим клювом, но девушка легко уклонилась и ответила на удар. Боиндил парировал рукоятью. При этом зазубренное острие, оставшееся от обломанного шипа, вонзилось нападающей в бок, оставив глубокую рану. Вскрикнув, лучница упала и поползла назад, спасаясь от гнома.

– Это еще что, ты, коварная тварь! – зашипел Бешеный, замахиваясь.

Он уже почти ударил, когда девушка вскинула руку и метнула меч.

Клинок пролетел мимо, сзади послышался стон Годы.

До этого мига ничто не могло вывести Боиндила из состояния боевого безумия, но страх за Году победил. Бешеный оглянулся.

Меч вошел гномке в левую руку, и от удара ее шатнуло назад… прямо на артефакт.

– Враккас, нет! – Боиндил вспомнил слова Флагура.

Ему уже виделось, как тело Годы пронзают молнии, как она вспыхивает, словно факел, как распадается в прах…

Но ничего не произошло.

Впрочем, сейчас Боиндилу было некогда удивляться. Что-то укололо его в бок, и хотя ранка была неглубокой, в ней вспыхнула горячая боль. Развернувшись, гном успел увидеть кулак лучницы.

– Ну уж нет! – возмутился Бешеный, парируя ее руку вороньим клювом.

Послышался неаппетитный хруст – это переломались пальцы. Не дожидаясь дальнейших действий противницы, гном ударил ее заостренным обломком в челюсть.

Девушка упала, но успела еще раз кольнуть чернобородого кинжалом.

Боиндил отскочил, влажно поблескивавшее острие прошло мимо.

– Не сейчас, – рассмеялся он, занося оружие, чтобы изо всех сил обрушить его противнице на голову. – С каким звуком ломается череп?

Девушка не ответила. Ее голова лопнула от чудовищной силы удара.

Сверху донесся громкий крик Фургаса. Магистр успел забраться на поперечину, и теперь мог только сидеть там и ждать. Участь, которую он прочил другим, постигла его самого.

– До тебя дело еще дойдет, – прорычал Боиндил и бросился к Годе. – С тобой все в порядке?

– Да, – она удрученно смотрела на торчавший в ее руке меч. – Как неосторожно с моей стороны, учитель.

– Ну, ты кое-чему можешь научиться у этой бабенки. – Бешеный резким движением выдернул клинок из руки ученицы и сунул его ей под нос. Года тихо застонала. – Никогда не бросай оружие, если у тебя при себе нет второго. А у этой девицы была лишь зубочистка.

– Вижу, – девушка заметила, что по боку Боиндила стекает кровь.

– Это? – Гном отмахнулся. – Чепуха, да и только. Она лишь кольнула меня.

Он внимательно осмотрел спину Годы, но на доспехах не было и следа копоти. Ничего… У Бешеного закружилась голова, пришлось сильнее упереться ногами в землю.

– Года, Боиндил, – позвала Зирка. – Сюда. Маг хочет что-то сказать.

Только сейчас они заметили, что Лот-Ионан лежит на земле рядом с Родарио.

– О нет. Он свалился оттуда, – мрачно предположил Бешеный. – Теперь нам понадобится катапульта, чтобы затащить его наверх.

Они подбежали к старику. Волшебник тяжело дышал, превозмогая сильную боль. На лбу у него выступили капельки пота.

– Я не упал. Артефакт не принял меня, – пояснил он.

Боиндил покосился на Фургаса.

– Хорошенькое дело. Что ж это за артефакт такой? Почему он-то не поджарился?

– Ты должна довести дело до конца, – голубые глаза Лот-Ионана глядели на Году.

– Я? – Гномка, словно извиняясь, подняла свой нахтштерн. – Но я воительница, и…

– Мастер рун заметил это, да и я видел собственными глазами, – хрипло перебил ее маг. – Года, у тебя есть способности к магии. И, в отличие от меня, ты, надеюсь, чиста душой и невинна.

– Невинна? – вырвалось у Родарио. – Хорошо, что у этого артефакта нет ушей и он не слышал того, что довелось услышать мне в Тригорье.

Года покраснела, а Боиндил возмущенно повернулся к актеру.

– Мы упражнялись в боевых искусствах, лицедей. Года сохранила невинность.

Лот-Ионан заглянул девушке в глаза.

– Я не знаю, почему так получилось. Может быть, дело в том, что ты коснулась магического источника, или же способности к магии были в тебе от рождения.

– Так вы об этом говорили у костра? – Родарио вспомнился вечер, когда Флагур угостил его странной приправой. Тогда маг о чем-то спорил с мастером рун.

– Да. Я собирался рассказать об этом Годе, когда мы выполним нашу задачу. Я хотел, чтобы ты стала моей ученицей, – веки мага опустились, зубы застучали. Его сильно знобило. – Лезь наверх, Года, – едва сумел выговорить он. – Убей Фургаса, вставь бриллиант в разъем и спаси Потаенную Страну.

– И мою родину, – прошептала Зирка, глядя налево.

Все больше чудовищ пробивали ряды защитников и устремлялись к артефакту. Тунгдил трудился изо всех сил, убивая одного монстра за другим, но их было слишком много. Три десятка порождений зла были уже близко.

Подложив под голову Лот-Ионану свою накидку, Зирка подняла боевой посох и кивнула Боиндилу.

– Полагаю, нам с тобой будет чем заняться.

Обломав древко стрелы над раной, Родарио встал.

– Значит, и мне нельзя оставаться позади. В третий раз стану героем… Это не повредит моей репутации.

Боиндил страстно поцеловал Году.

– Поторопись. Впрочем, мне не помешает немного времени, чтобы напоить кровушкой мой вороний клюв, – улыбнулся он.

Бешеный повернулся, и на мгновение мир перед глазами поплыл, и пришлось прищуриться, чтобы хоть что-то разглядеть в сгустившемся тумане.

– Ты неисправим, – пробормотала Года.

Подойдя к кольцу, она нащупала кончиками пальцев неровности на металлической поверхности и начала карабкаться.

– Только попробуй, – насмешливо крикнул ей Фургас. – Я убью тебя.

Зирка, занеся оружие, посмотрела на Боиндила.

– Можешь кое-что сделать для меня?

– Конечно.

– Расскажи мне тот анекдот про орка.

– Что, сейчас?

– А вдруг это моя последняя возможность услышать его? – ухмыльнулась гномка, поворачиваясь. – И поторопись.

Одно из чудовищ, вооруженное огромным мечом, находилось уже в десяти метрах от нее.

– Ну, значит, как было… Однажды гном стоял на часах у Каменных Врат, – Боиндил занес вороний клюв. – Подходит к нему орк и спрашивает: «Ане подскажешь мне, полурослик, как…»

Противник Зирки отвлек ее ударом меча. Пришлось уклоняться.

– Потом расскажешь, – крикнула она Бешеному, вступая в бой.

 

Тунгдил гнал бефуна по полю боя, снося Кровопийцей головы чудовищ. Каждый удар забирал чью-то жизнь.

Перекованный альвийский клинок собирал кровавую жатву. Казалось, словно оружие само рвется в бой, само выбирает удар поточнее, само находит прорехи в доспехах врагов. Кровопийца оказался смертоносным и в то же время восхитительным оружием.

Как ни старались убариу и подземные жители, все больше чудовищ пробивалось сквозь поредевшие ряды защитников.

Никто не мог остановить крылатых монстров, не брали их ни стрелы, ни арбалетные болты. Они уничтожили две бронемашины – одну перевернули, а на вторую налетели целым роем и, в мгновение ока оторвав стальные пластины, заползли внутрь и растерзали команду.

Две оставшиеся повозки прикрывали пехоту, стреляя из баллист, но и они едва держались.

– Проклятье! – Остановив бефуна, Тунгдил оглянулся на артефакт.

На поперечной балке сидел Фургас, к нему по внешнему кольцу двигалась маленькая фигурка.

– Года?

Бефун встал на дыбы и заревел от ярости, и в тот же миг мир вокруг Тунгдила потемнел. В лицо гному ударил порыв ветра, слева и справа в тело скакуна впились кошмарные когти. Златорукого дернуло вверх.

– Что…

Обернувшись, Тунгдил уставился прямо в глаза огромной летучей твари. Широкая пасть распахнулась и потянулась вперед.

Сперва Златорукий подумал всадить Кровопийцу чудовищу в нёбо, но тут же понял, что тогда погибнет и сам – они летели в ста метрах над землей.

Оттолкнувшись от спины бефуна, гном перепрыгнул чудовищу на левую лапу.

Монстр испустил утробный рык и выпустил скакуна из лап. Труп животного, обрушившись на строй, задавил несколько убариу.

– Тебе от меня не избавиться, – проревел Тунгдил, взрезая чудищу брюхо.

На гнома из раны хлынула зловонная жидкость.

С воплями монстр устремился вниз, пронесся над рядами подземных, оцарапался о копья войска из Черного Ущелья и, наконец, рухнул, придавив при этом не меньше пятидесяти чудовищ.

Враккас сохранил Тунгдила, и гном отделался парой царапин да порезом на боку от копья.

Выбравшись из-под сломанного крыла, Тунгдил обнаружил, что очутился посреди вражеского войска. Впрочем, чудовища не заметили его.

Первый ряд армии убариу и подземных находился на расстоянии полета стрелы, а до входа в Черное Ущелье было всего пятьдесят метров.

– Что бы ты ни задумал, Враккас, мне интересно, чем это все закончится, – пробормотал Златорукий, оглядываясь.

И вновь из расщелины донесся крик Кордриона. Камни с треском раскалывались, обломки детели вниз, зашибая мелких чудищ. А потом над полем боя повисла тишина. Все повернулись и посмотрели на выход из Ущелья.

Из темноты расщелины взметнулась бледная когтистая лапа шириной в три створки городских ворот и ухватилась за край обрыва, ища опоры. По обрыву побежали трещины, скала рушилась от силы и веса существа, еще скрытого мраком. Длинные когти впились в камни.

И тогда Тунгдил вспомнил о том, что он все-таки гном. При всей этой безысходности ему оставалось опираться лишь на одно – на свое упрямство, упорство, настойчивость, или как там называли это качество другие народы, говоря о гномах.

Златорукий взобрался на тело крылатой твари, чтобы его видели и друзья, и враги, достал горн и, приложив его к губам, ответил на крик Кордриона сигналом к атаке.

– Я не позволю тебе выбраться из темницы! Убоище! – крикнул он, повернувшись к расщелине, и вскинул вверх руку с Кровопийцей, залитым темной кровью. – Я забрал это оружие у порождения зла, и оно остановит тебя, кем бы ты ни был! Клин клином!

Гном побежал вперед, пробиваясь сквозь ряды уродищ, сметая любого, кто осмеливался встать на его пути. Кровопийца резал доспехи, словно хлеб, а кости – словно масло.

Сзади послышались приказы Флагура. Убариу и подземные с боевыми кличами бросились на помощь Тунгдилу.

Он вселил уверенность в их сердца.

 

Флагур видел, как Тунгдил внезапно появился в гуще врагов, забравшись на тело крылатого зверя, и бесстрашно подал сигнал к атаке, так, словно спокойно стоял за стенами Летефоры. Его слова громко и отчетливо разнеслись над застывшим полем боя, а потом гном спрыгнул со своего жутковатого помоста и понесся вперед.

– Убар, ты послал нам героя, чье мужество превосходит доблесть акронта, – прошептал убариу и поднял свой меч. – За ним! – крикнул он. – Мы будем первыми, кому удалось победить Кордриона. За Убара!!!

Прыгнув вперед, Флагур перехватил меч обеими руками и разрубил ближайшего монстра пополам. Темная кровь брызнула на его доспех, и сладковатый запах воодушевил убариу.

Его солдаты поддержали клич предводителя и ринулись в атаку. Перекинув через плечо строевые щиты, они клином вонзились глубоко в ряды противника. Остановившись, всадники убариу выставили щиты и отрезали часть врагов от основной массы войска чудовищ, взяв их в клещи. Следовавшие за ними подземные набросились на попавших в ловушку монстров и так быстро забили их своими боевыми посохами, что те не успели ничего предпринять.

Тем временем на всадников наступали новые чудища, но ряд строевых щитов выдерживал натиск.

– Сейчас! – крикнул Флагур, перехватывая древко знамени.

Маневр повторился: щиты в сторону, отрезать часть противников от основного войска, уничтожить чудовищ.

– Будьте настороже! – крикнул Флагур.

Он остановился впереди войска, наблюдая за происходящим. Стяг гордо развевался над его головой, суля смерть врагам.

А потом острая боль пронзила его бок. Стрела вошла между ребрами, мешая дышать, но убариу, не дрогнув, превозмогал мучения. Его пальцы сомкнулись на древке знамени. Не время нынче проявлять слабость… Сперва нужно победить в этой битве.

– Меняемся… сейчас!

Воины в первом ряду сделали шаг назад, солдаты второго ряда, не столь измотанные боем, заняли их позиции, чтобы атака убариу не захлебнулась. Их противники не знали столь изощренной тактики. Они все бежали и бежали, теряя силы. Это сыграло на руку убариу и подземным.

И все же не обошлось без жертв.

Много друзей Флагура погибло в этой битве, он слышал их крики, и его душа скорбела по павшим.

Но он не позволял себе отвлекаться, хотя и хотелось убариу вытащить тела своих собратьев из-под останков чудовищ. Его друзья заслуживали лучшей могилы. Большинство своих солдат он знал много звездных лет, некоторых Флагур сам обучал искусству войны. Их смерть принесла убариу больше боли, чем стрела в его теле. Но горевать о них он будет уже после боя…

Флагур увидел, как одна из бронемашин двинулась в его сторону, прикрывая клин атаки. Стрелы и копья неслись над головами солдат акронта. Стрелки хорошо знали свое дело: пять рядов чудовищ пали под смертоносным градом снарядов. Второй залп пробил прогалину в войске противника, кишащем монстрами.

– Вперед! – Флагур поднял знамя, и оно затрепетало на ветру, подавая сигнал к очередному наступлению.

 

Года лезла наверх. Она уже перебралась на поперечину и ползла к Фургасу.

Внизу Зирка и Боиндил сражались с чудовищами, да и Родарио, подхватив лук и колчан стрел, оброненные кем-то из врагов, неустанно спускал тетиву. Актеру не нужно было целиться – его стрелы не могли не сразить кого-то из противников, ведь монстров было так много…

Боиндил перестал сдерживать свое бешенство. Ярость берсерка делала его непобедимым воином, вороний клюв бушевал, разя врагов, сминая шлемы, дробя кости сквозь доспех и отбрасывая чудовищ на два шага назад.

Зирка дралась иначе – она сражалась, следуя не пути огня, как Боиндил, а воды. Гномка просачивалась между двух сражавшихся плечом к плечу противников и била острием посоха в уязвимые места на теле врага. Крючьями на посохе она парировала удары, выдирала из рук врагов оружие или всаживала острую изогнутую сталь в незащищенную плоть. Девушка ни на мгновение не оставалась на месте, ее движения были плавны и изящны.

Года тем временем почти добралась до Фургаса.

– И что же ты будешь делать? – Магистр внимательно наблюдал за ней. – Мне любопытно, что…

Года выхватила нахтштерн, три тяжелых шара ударили друг о друга. Нужно быть осторожной, чтобы не потерять равновесие во время удара. Поднявшись, гномка осторожно пошла по тонкой балке – поперечина была не шире ее ступни – и замахнулась.

Фургас отодвинулся немного дальше.

– Так тебе не достать меня. – Потянувшись вниз, механикус перебрался на соседнюю балку. – Время на моей стороне, гномка. Оно надежный союзник.

Когда Года вновь приблизилась, он оттолкнулся и прыгнул, протянув руки к очередной поперечине.

Хотя у девушки при себе был только нахтштерн, она решилась нарушить величайший запрет учителя и метнула кистень в Фургаса.

Три шара ударили магистра по рукам, переломав ему восемь пальцев, с воплем он полетел вниз и упал животом прямо на шипастое крепление для бриллианта.

– Нет! – Его крик был исполнен мучений.

Фургас попытался высвободиться, но шипы лишь содрали еще больше мяса с его ребер. Кровь стекала по разъему и ручьем лилась на землю. Вскоре движения магистра ослабели и он затих.

Возблагодарив Враккаса, Года принялась карабкаться к телу Фургаса и к разъему. И тут она столкнулась с очередной незадачей.

– Как же мне достать камень? – крикнула она Боиндилу.

Гном как раз ударил огромному чудовищу по лапе и всадил шип в живот. Черная кровь залила его с головы до ног.

– Вырежи бриллиант! – завопил он в ответ. – Верхняя часть живота. Желудок! Фургас же только что проглотил его. – Отпрыгнув, гном уклонился от удара копья и размозжил врагу голову.

Вытащив кинжал, Года приподняла тело магистра над креплением, освобождая от шипов. Дыры в его груди были глубокими, но узкими, потому гномка решила использовать кинжал. И тут Фургас открыл глаза.

– Я не отдам тебе его, – кровь текла из уголка его рта, окрашивая алым губы и подбородок. – Я отомщу!

Он толкнул Году рукой, и девушка, потеряв равновесие, упала.

 

Тунгдил направлялся во тьму расщелины, спускаться куда боялся даже солнечный свет.

И тут пред ним открылось кошмарное зрелище – в глубине высилось чудище, измыслить которое неспособен был даже Тион. Это создание могло быть лишь порождением богов, о которых и не слыхали в Потаенной Стране.

Кордрион был огромен. Этот монстр размером с башню был воплощением самого страха. Кожистые крылья он прижал к широкому мускулистому телу, так как ширины Ущелья не хватало на то, чтобы расправить их. Четыре собачьих лапы поддерживали колоссальный вес, впереди же на теле Кордриона виднелось еще четыре конечности, напоминавших руки. Задняя часть его чешуйчатого тела была скрыта во тьме.

Короткая шея венчалась драконьей головой, покрытой шипами и рогами. Четыре серых глаза теснились прямо над костистым носом, над ними виднелся второй ряд, но два верхних глаза почему-то были синими. Кордрион, отстранившись от поверхности скалы, пытался вцепиться когтями в камни и подтянуться наверх.

Какое-то чудище с тремя руками с ревом бросилось на Тунгдила, распахнув широкую пасть. Бордовый язык метнулся вперед, и гном увидел на нем много мелких крючков.

Златорукий парировал Кровопийцей, острое лезвие довершило выпад, взрезав плоть. Монстр, поскуливая, отскочил, втянув окровавленные останки языка в рот.

Но Тунгдил не отступал, не успокоившись до тех пор, пока не перерубил чудовище пополам.

– Возвращайся назад в бездну, из которой ты вылез. – Он наставил Кровопийцу на Кордриона. – Я не верю в непобедимость чудовищ, как бы ни выглядели мои враги.

Два синих глаза уставились на Тунгдила. Кордрион опустился на передние лапы. Его голова находилась в десяти метрах над Златоруким. Открыв гигантский рот, чудовище зарычало, и гном увидел, что каждый его зуб длиной в два убариу.

Сзади послышался шум шагов и грохот оружия и доспехов. Флагур со своими убариу и подземными пробился к Златорукому. При помощи бронемашин отряду удалось уничтожить чудовищ и очистить проход к Черному Ущелью. Кордрион облегчал им задачу, так как остальные уроды, еще таившиеся в расщелине, не решались пройти мимо своего собрата.

– Помоги нам, Убар, – взмолился Флагур, – что мы можем сделать с этим монстром?

– Теперь я понимаю, что для таких созданий нужны акронты. – Тунгдил не испытывал страха. Кровопийца придавал ему уверенность, лишь подстегивавшую его упрямство. – Но если мы не попытаемся уничтожить эту бестию, то никогда не узнаем, способен ли его остановить кто-то, кроме акронта. – Гном понесся вперед, целясь острием клинка в лапу, сомкнувшуюся на скалистом краю. – Пока он остается в Ущелье, у нас есть преимущество. Перережьте ему связки, рубите все, до чего сможете дотянуться. Рано или поздно он упадет!

Флагур посмотрел гному вслед.

– Ему неведом страх, – одобрительно пробормотал он, поднимая копье. Древко уже пропиталось кровью убитых чудовищ. – Вперед! – Убариу перешел на бег.

Дышалось трудно – рана от стрелы давала о себе знать.

Солдаты, подняв оружие, бросились за своим командиром… И тут послышался уже знакомый вопль. Вот только доносился он не из глотки возвышавшегося перед ними чудовища. Флагур замедлил шаг. Кровь застыла у него в жилах от ужаса. Опьянение боем сменилось страхом.

– Тунгдил! Вернись! Их двое!

Но гном его не слушал.

И тогда Кордрион открыл пасть и выдохнул на воинов Флагура белое пламя.

 

Года успела отреагировать и поджала левую ногу. Провернувшись на балке, она ухватилась за соседнюю поперечину и подтянулась наверх. Гномка никогда не предполагала, что способна на такие акробатические трюки. Долгие часы тренировок, все эти отжимания и возня с тяжелыми грузами окупились сполна. Года решила, что больше не станет возмущаться по поводу придирок Боиндила.

Канаты с кошками пролетели рядом с ней, крючья зацепились за поперечины. Часть чудовищ пыталась вырвать артефакт из земли, в то время как их собратья отбивались от Бешеного и Зирки, хотя это и стоило им жизни.

– Быстрее! – крикнул мастер ученице.

Он понимал, почему у него так кружится голова: союзница Фургаса использовала отравленный кинжал, и яд уже начал действовать.

– Тебе так просто от меня не отделаться, – Года поползла к Фургасу.

– Но ты пока не убила меня, – ловя губами воздух, магистр обнажил кинжал.

– Пока, – уклонившись от удара, гномка перехватила руку и вырвала у Фургаса оружие.

Нетрудно победить смертельно раненного магистра. Года всадила кинжал ему в тело. Испустив последний вздох, Фургас умер.

Теперь ей предстояло выполнить пренеприятнейшую задачу. Пришлось долго ковыряться в его теплых зловонных внутренностях, прежде чем Года нащупала твердый камень в склизкой плоти.

– Он у меня! – крикнула Года, чтобы подстегнуть волю защитников к победе.

Вырезав камень, она столкнула труп Фургаса с крепления, и тело глухо ударилось оземь.

Не тратя времени на то, чтобы очистить бриллиант, девушка вжала его в разъем и опустила четыре скобы, которые должны были удерживать камень.

– Ну, давай, начинай действовать, – прошептала она, коснувшись бриллианта кончиками пальцев.

Из расщелины донесся зловещий крик. Белое пламя полыхнуло над полем боя. Убариу и подземные вспыхнули, словно факел, их отбросило, и они упали на скалистую землю, словно гаснущие искры костра. Переднюю бронемашину объяло пламя, стальные пластины оплавились, а деревянный остов мгновенно распался в прах.

Кордрион выбрался на свет. Издав еще один вопль, от которого рушились скалы, он вылез из расщелины и на четырех задних лапах пополз вперед. Его крик был исполнен предчувствия победы. Года не могла разглядеть, насколько он огромен. Двадцать шагов в высоту и шестьдесят в длину?

Войско бросилось бежать от Ущелья, не сумев преодолеть страх. Выпрямившись, Кордрион расправил бледные кожистые крылья, и вокруг стало темно, словно зловещая туча закрыла солнце.

– Года! – закричал Боиндил.

Он только что поверг своего последнего противника, вскрыв ему грудную клетку. Сломанные ребра пронзили сердце и пищевод. Бешеный, Зирка и Родарио сумели предотвратить падение артефакта.

– Мы ждем! – У гнома подогнулись ноги, и он осел на землю рядом с убитым врагом.

В глазах у него потемнело. Мир обернулся пляской ярких красок.

Зирка уставилась на гигантское чешуйчатое тело Кордриона.

– Тунгдил, – в ужасе прошептала она, уже понимая, что ее возлюбленный не мог спастись. Белое пламя плавило и камень, и сталь.

– Он выжил, – заявил Боиндил, превозмогая действие яда. – Книгочей всегда выживает. Боги любят его.

Тем не менее на его лице отражалась неуверенность. Бешеный еще никогда не видел такое чудовище. Кордрион, давя лапами убариу и подземных, выпустил еще одну волну белого пламени, в мгновение ока спалив пятьсот солдат. Последняя бронемашина тоже попала под огонь и воспламенилась. От нее осталась лишь раскаленная груда металла. С каждым мигом, проведенным вне Ущелья, Кордрион набирал силу.

В душе Годы горячей волной поднялись отчаяние и ярость. Она в порыве гнева изо всех сил ударила по бриллианту, послышался тихий щелчок, и камень продвинулся дальше в разъеме.

Балки озарились серебристым свечением, затем свет перекинулся на металлические кольца, символы вспыхнули так ярко, что Годе показалось, что она вот-вот лишится зрения.

Когда гномка вновь смогла видеть, оказалось, что вокруг колец сформировалась сфера из яркого света. Вторая такая же сфера куполом накрывала Черное Ущелье.

От первого Кордриона не осталось и следа, лишь отрубленный коготь да ошметок крыла говорили о том, что чудовищу удалось выбраться из расщелины. Второй Кордрион бушевал за тонким, но непреодолимым для него барьером из чистой энергии. Чудовище билось о купол, но тщетно.

– Мне удалось сделать это! – изумленно прошептала она, глядя на мерное поблескивание бриллианта. А потом громко рассмеялась. – Мне удалось сделать это!

– Да, удалось, – радостно воскликнул Боиндил, пытаясь подняться на ноги. Он чувствовал сильную слабость. – Спускайся вниз осторожно. Я хочу обнять тебя, – улыбнулся он.

Родарио опустил Зирке руку на плечо.

– И Тунгдилу все удалось, – ободряюще заметил он.

Гномка обвела взглядом низину, усыпанную телами чудовищ и ее собратьев. Пара монстров, которые избежали ярости защитников, укрылись в холмах, крылатые чудовища устремились ввысь.

– Кордрион выбрался, – пробормотала она. – Артефакт начал действовать слишком поздно. Что же теперь будет? – Зирка повернулась к Родарио. – Нам не на что надеяться. По преданиям…

– Не отчаивайся. Будь что будет. Предания не всегда говорят правду, поверь мне, – он приобнял девушку за плечи. – Пойдем, посмотрим на расщелину. Там мы и встретим Тунгдила.

Зирка благодарно улыбнулась. Вместе с Годой и непривычно бледным Боиндилом они пошли по полю боя.

Но ни Флагур, ни Тунгдил не вернулись из этого сражения.

 

 

 




©2015 studenchik.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.