Помощничек
Главная | Обратная связь


Археология
Архитектура
Астрономия
Аудит
Биология
Ботаника
Бухгалтерский учёт
Войное дело
Генетика
География
Геология
Дизайн
Искусство
История
Кино
Кулинария
Культура
Литература
Математика
Медицина
Металлургия
Мифология
Музыка
Психология
Религия
Спорт
Строительство
Техника
Транспорт
Туризм
Усадьба
Физика
Фотография
Химия
Экология
Электричество
Электроника
Энергетика

Я пожертвовала всем ради тебя



 

Настя – девушка кроткая и милая, словно из народной русской сказки, но и ее терпение лопнуло. Восемь лет они в браке с Никитой, но сказать уверенно, что она замужем, она не может. Муж – моряк, который в море находится от четырех до шести месяцев. Месяца полтора дома. Дома у своей матери, Маргариты Львовны. Основную часть денег он отдает свекрови. Заканчивает своими силами ремонт ее квартиры, хотя на деньги, которые она получает от сына, можно было давно нанять специалистов. Как только Настя с Никитой намереваются провести отпуск вместе, ну хотя бы в Крым поехать, свекровь «заболевает», умирающим голосом просит лекарств, врачей, внимания и заботы.

Когда сын пытается отстоять право на свою жизнь, его мать, горестно подняв глаза к небу, повторяет известную ему с детства фразу: «Я отдала тебе всю свою жизнь, я пожертвовала всем ради тебя, и вот теперь на старости лет даже некому стакан воды подать». О «старости лет» в 51 год говорить рановато. Чем пожертвовала мать ради него, Никита не знал. Он рос беспроблемным ребенком, занимался спортом, хорошо учился, в институт поступил самостоятельно. Но слезливый тон матери вынимал из него душу, он испытывал сильнейшее чувство вины и готов был сделать все, чтобы она только не плакала.

Маргарита Львовна бесконечно требовала признательности, моральной и материальной компенсации того, что она называла жертвой: за то, что дала жизнь сыну и вырастила его. У нее был муж, которого она снисходительно называла «мужчинка». Но сына она держала хваткой собственницы, искусно манипулируя его чувствами вины, жалости и страха обидеть ее.

 

Сын любил мать, эмоционально реагировал на нее, как радикулит на погоду, и за восемь лет своего брака так и не сумел выстроить дистанцию между матерью и своей нынешней семьей. Расстановка сразила его. Он, глядя на своего заместителя, безвольно, заискивающе, по-пионерски стоящего перед матерью в стойке «Всегда готов!», осознал свою зависимость от ее железной воли. Дав ему жизнь, мать отказывала ему в праве на нее. Все его внимание было приковано к матери. К Насте он стоял спиной.

Девушка в роли Насти сказала: «Я чувствую сзади сквозняк, будто у меня нет тыла. Вместе с тем я не чувствую себя одинокой. Мне неуютно, чувствую тошноту. Может, я беременна?» Эта короткая фраза жены возымела сильнейшее воздействие и на Никиту, и на его заместителя. Она, как лезвие бритвы, зависла над пуповиной между матерью и сыном. Мышцы лиц у обоих будто перегруппировались, сместилась точка сборки, сказал бы Кастанеда. Заместитель Никиты развернулся к Насте, сделал шаг ей на встречу и крепко обнял. Потом сказал матери: «Это моя жена, мама. Теперь мое место рядом с ней. Мама, я благодарю тебя за жизнь. Это бесценный дар. И как бы я ни старался, я не смогу ответить тебе тем же. Нельзя повернуть реку вспять! Но я с удовольствием передам это дальше, своим детям».

Заместительница матери молча хватала воздух ртом, словно рыба, выброшенная на лед. Я поставила за ней ее родителей. Она обмякла и через время смогла произнести вслед за мной разрешающую фразу: «Я отпускаю тебя к твоей жене и детям». Пуповина была разорвана.

Придя на расстановку, Настя не знала, что беременна. На следующий день она радостно сообщила, что это правда. Вот такой чудесный бонус к расстановке – стопроцентно точный тест на беременность.

Никита освободился. Но сколько таких как он? Сколько еще существует социальных или семейно-родовых систем, результатом деятельности которых является удержание людей в зависимости путем «оплаты даров». Подобными дарами могут быть, например, образование, лечение, продвижение «в люди» или по карьерной лестнице. От них можно освободиться только посредством вечной признательности или безвременной компенсацией за «принесенные родителями в жертву» время, внимание, усилия. Либо навсегда погрязнуть в рабстве неоплатных долгов. Вот такая «семейная бухгалтерия» с двойным дном.

По сути, требование возвращать родителям то, что они дали, является навязанной парентификацией (то есть превращением детей в родителей своих родителей). Нормально и естественно окружить своих родителей любовью, а самому, в свою очередь, становясь родителем, продолжать передавать уже своим детям полученные от предков дары. Солнце светит всем и согревает каждого из нас, но нам не дано, как бы мы ни тужились, возвратить солнцу тепло и свет такой же интенсивности.

 

Пусть всегда будет солнце!

Пусть всегда будет небо!

Пусть всегда будет мама!

Пусть всегда буду я!

 

Кастинг для невестки

 

Все девушки Дениса проходили у его матери тщательный отбор. Наметанным рентгеновским взглядом Нинель Иосифовна сканировала новую претендентку на звание невесты ее сына с ног до головы. Задавала пару-тройку вопросов. Приговор выносился сразу и обжалованию не подлежал. «Сыночек, я лучше знаю жизнь. Сам потом благодарить меня будешь», – отсекала она робкое сопротивление сына. Асе повезло больше других: кастинг на роль невесты она прошла. «От этой невесты сын откажется сам: ни рожи, ни кожи», – резюмировала мать. Это был ее стратегический ход. Не могла же она выбраковывать всех. Но она просчиталась. Хрупкая, маленького роста девочка-веточка расцвела от любви, как яблоневый цвет. Со свадьбой мать уговаривала сына не спешить, из-за нее бракосочетание отменяли трижды. Первый раз она «забыла», уехала в Турцию отдыхать, во второй раз у нее поднялось давление до критического, на третий – она подвернула ногу… Когда в очередной раз она заболела ангиной, дети решили расписаться без нее. Она пришла в ресторан и сидела с замотанным горлом с видом страдалицы и немым упреком в глазах.

И после свадьбы она постоянно внедрялась в жизнь молодоженов, раздавая советы, наставления и руководства к действию. Она звонила в самый неподходящий момент, в том числе и ночью. То ей надо выгулять собаку Линду или отвезти ее к ветеринару, то сделать замеры окна для покупки штор, передвинуть мебель, прочистить канализацию, сходить в ЖЭК. Денис срывался по первому зову родительницы, словно был ее продолжением, выполнял все ее прихоти. Ася вначале была не против такой тесной связи мужа со своей матерью, пока не узнала, что та при встрече интересуется у Дениса подробностями их интимной жизни. Иногда ей казалось, что свекровь подглядывает за ними во время любовных ласк, потому что ее телефонный звонок всегда раздавался в самый неподходящий момент. Ей было мерзко и противно, но Ася оказалась крепким орешком.

Молодая супруга терпела, выжидала, злость ее сжималась в тугую спираль, но в один прекрасный день пружина раскрутилась и ударила. Когда в очередной раз свекровь безапелляционно заявила: «Мы с Денисом едем в бассейн. А ты, Ася, сиди дома, у тебя же началась менструация», невестка резко прервала эту тираду: «Это не ваше дело, мама. У нас с Денисом другие планы. А в бассейн вы пойдете со своим мужем. Иван Ильич уже ждет вас». Да, Нинель Иосифовна была замужем, но все полномочия главы семейства она по странной семейной традиции делегировала сыну.

Свекровь на время оставила их в покое, но возобновила посягательства на независимость молодой семьи, когда они после рождения Катюшки переехали летом на дачу. Она совала нос в их личную жизнь, без стука входила в их комнату по любому поводу и без повода, критиковала стряпню Аси, воспитание малышки и, как главнокомандующий, раздавала приказы, в основном сыну: «Денис, сбегай в аптеку», «Сынуля, помассажируй маме спину», «Принеси воды, выкоси траву, почитай вслух газету».

Однажды воскресным утром она тихонько протиснулась в их комнату, когда они занимались любовью. Села на край кровати, хлопнула сына по голой заднице, вкрадчиво пропела: «Сыночка, а мама тебе блинчики поджарила». Молодые, как ошпаренные, отскочили в изголовье постели, тяжело дыша и натягивая на себя простынь. Увидев масляную улыбку свекрови, Ася взбеленилась. Она, голая, вскочила на ноги, начала надвигаться на свекровь, ледяным голосом выговаривая, будто чеканя, каждое слово: «Почтеннейшая Нинель Иосифовна, я высоко чту и уважаю вашу бесценную заботу о сыне. А теперь слушайте сюда, – сменила она тон на угрожающий, – быстро вышли вон и без стука сюда больше ни ногой! Это мой муж, я сама о нем позабочусь». Свекровь испугано попятилась к двери, не вписалась, и тарелка ударилась о косяк, блины шмякнулись о пол.

 

На расстановки Нинель Иосифовну привела знакомая, которой она пожаловалась, что невестка выгнала ее из дома. Запрос был сумбурным, мотивировался заботой «о бедном мальчике», который попал в руки «хищницы».

«Бедный мальчик» и «хищница», которых клиентка расставила вначале, взявшись за руки, с любовью излучали симпатию и нежность друг другу. До тех пор пока клиентка не ввела заместительницу себя. Парень, не видя мать, двигался спиной, будто притянутый веревкой и стал справа от нее. Он явно замещал какого-то партнера из ее жизни. Ввод ее мужа Ивана Ильича ничего не изменил, тот стоял отстраненно, «на задворках истории». Вопрос о семье происхождения клиентки ясности не внес: родители отметили золотую свадьбу и до сих пор живут в мире и согласии.

Когда я спросила Нинель Иосифовну, были ли у нее партнеры до мужа, она вдруг покраснела до слез и после продолжительного молчания сдавленным шепотом ответила: «Да, я была замужем. Мой муж… Мой муж ушел к моей лучшей подруге». Вырвавшийся из ее груди вздох страдания сделал ее лицо человечным. После ввода в расстановку первого мужчины матери стало ясно, что сын Денис идентифицирован с ним. Он занимал его место, они одинаково почесывали за ухом, и мать к обоим испытывала похожие чувства. Она любила и была привязана к ним.

Встав напротив первого мужа, заместительница клиентки горячо излила на него весь водопад чувств – от гнева, боли, страдания и обиды до чувства вины, принятия, понимания, любви и… благодарности. Партнер ответил ей с нежностью: «Как жаль, я вижу, какую боль я тебе причинил. Это счастье, что ты была в моей жизни».

Заместитель Дениса никак не соглашался сказать им фразу: «То, что было между вами, меня не касается. Я всего лишь ребенок. Для меня имеет значение только отец». Ему почему-то хотелось обнять этого человека и преклониться перед ним. Мать впервые посмотрела на сына как на сына, а не как на своего первого партнера. Она смогла благословить его на счастливый семейный союз и отпустить к жене. Когда сын отошел к Асе, Иван Ильич занял свое, освободившееся место рядом с женой. Нинель Иосифовна, которую нельзя было узнать, сама захотела встать в расстановку. Она расцвела и помолодела! Она как-то загадочно посмотрела мужу в глаза, и они улыбнулись друг другу.

Несмотря на то, что все были довольны и чувствовали себя хорошо, внутри себя я ощущала сквознячок сомнения. Когда клиентка подошла ко мне, чтобы проститься, я решила озвучить то, что не давало мне покоя:

– Нинель Иосифовна, вы вправе не отвечать мне, но этот вопрос возник у меня в ходе расстановки: кто отец вашего сына?

Женщина взяла меня за талию и отвела в сторонку:

– Надежда, я не знаю. Я была уничтожена изменой мужа. У нас с ним была такая любовь! Это было двойное предательство, ведь с Ларой мы дружили с первого класса. Иван – ее бывший муж. Мы встретились с ним, чтобы поддержать друг друга в горе, пожаловаться, поплакать. Мы стали жить вместе от безысходности или из мести. Денис родился через девять месяцев. Я до сих пор не знаю, чей он сын. А может быть, не хочу знать.

Уходя, женщина улыбнулась. Свою тайну она уносила с собой.

 

Как мама скажет

 

Чтобы у читателя не закралось сомнения, будто я, как теща, предвзято отношусь к свекровям и покрываю тещ, ниже я привожу письмо зятя, присланное мне коллегой-психологом, которое буквально вопиет о помощи и спасении.

«Моя теща занимается магией, это я знаю точно. Несколько лет тому назад, когда мы с женой приехали из загса, она позвала нас в комнату и заявила мне, глядя прямо в глаза: „Хочешь ты, зять, или не хочешь, но всегда здесь я всем заправляла, и так оно и будет впредь. Дочери я разрешила выйти за тебя замуж лишь потому, что мне нужны внуки. Но я была над ней хозяйкой и дальше буду. Ты себе, зятек, хоть лоб разбей, но только слушать она будет всегда не тебя, а меня. В нашем роду испокон веков в семье верховодила старшая женщина, потому что мы особый заговор знаем. Лучше и не пытайся ничего изменить – только зря силы потратишь, да и без жены можешь остаться, потому что я тогда велю ей бросить тебя“.

Сперва я подумал, что теща моя так шутит, но она говорила без всякого намека на улыбку. Признаюсь, что в этот момент мне стало не по себе, и, чтобы как-то разрядить обстановку (свадьба все-таки), я спросил свою молодую жену:

– Кого слушать будешь?

На что получил ответ:

– Как мама скажет, так и будет.

Сказано это было так, что я сразу понял – моя жена действительно не посмеет ослушаться мать и сделает все, что бы та ни пожелала.

Я тогда промолчал (зачем свадьбу портить?), но, видимо, недооценил свою тещу. Она имела необъяснимую, прямо фантастическую власть над дочерью.

Хотел я воспротивиться, дело даже доходило до развода, но жена все равно твердила: „Как мама скажет, так и будет!“

Я очень люблю свою жену и сына, который у нас родился. Но нет больше моих сил терпеть выходки властной тещи: едим то, что она готовит, носим те вещи, которые она позволяет нам покупать. И если она скажет „нет“, то уже никогда своего мнения не изменит, хоть умоляй ее, хоть уговаривай, хоть подарки делай.

Не могу больше так жить. Не то что мужиком, человеком уже себя не чувствую. Пляшем с женой под ее дудку, и совесть ее не мучает!

Подскажите мне, пожалуйста, заговор такой, чтобы избавить свою семью от власти тещи.

Очень вас прошу, исполните мою просьбу. От этого зависят моя жизнь и мое счастье».

 

Почему мы воюем?

 

В славянских семьях родителей жены и родителей мужа принято называть мамой и папой. Этот обычай, по моему мнению, призван стереть границы между семейными системами, объединить молодых, вызвать родственные чувства и ощущение причастности к роду любимого человека. Почему же так часто зятья сердятся на своих тещ, высмеивают их? Почему невестки воюют, не уживаются со свекровями? Эти отношения стали притчей во языцех с давних времен. Возможно потому, что тещи и свекрови являются лакмусовой бумажкой нашей семейной жизни. Возможно, для того чтобы укрепить отношения, людям нужно объединиться против кого-то третьего, найти врага. И этим врагом часто бывает мать партнера.

Вот некоторые причины разногласий между новыми и старыми поколениями в семьях, о которых говорит Бертольд Ульсамер.

Имеются несколько причин, почему невестка не может ужиться со свекровью, почему зять не любит тещу.

 




©2015 studenchik.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.